Майка прикусила губу и так же, глядя в пол, побрела прочь.
Костик стиснул зубы, внутри что-то рвалось и ныло. Хотелось крикнуть, стой, не ходи, оставайся. Но он точно знал, что никогда не крикнет этих слов.
Однако даже сам себе не смог бы внятно сформулировать, почему.
После обеда Авронос устроил Костику экскурсию по саду, вполне достойному звания парка. Определить границы между гостевой и хозяйской частью оказалось довольно легко, рубежные арки запоминающейся формы, увитые серебристыми лианами с пунцовыми огоньками бутонов, невозможно было спутать ни с чем. А топать по травке или ломиться сквозь кусты явно не решится ни один из гостей или служителей.
Дворец, по крайней мере, видимая его часть, невероятным смешением стилей просто кричал о том, что в его постройке принял участие не один десяток архитекторов или прежних владельцев. В нем не было ни ярко выраженной центральной части, ни какой-то особой гармонии. Это строение совершенно не воспринималось единым зданием. Скорее, комплекс разноэтажных зданий, причудливо встроенных друг в друга и соединенных сотней, не меньше, лестниц, переходов, арок и галерей. Его даже роскошным называть не хотелось, несмотря на то, что все части постройки отличались изяществом исполнения, щедростью и богатством отделки. Костику трудно было даже сообразить, как могло возникнуть такое строение. Возникало лишь ехидное предположение, что нескольким зодчим предложили начинать стройку, но при этом не уточнили, по какому именно проекту. Вот они и строили с разных концов, пока не сошлись в одной точке. Причем она находилась явно не посредине.
— Как только господин наместник предложит тебе должность, — тем временем просвещал Костика лекарь, — ты получишь комнаты на втором этаже. Там намного удобнее, одна купальня на троих. Я живу рядом с библиотекарем, и с другой стороны как раз свободные покои.
— А эта… хозяйка женской половины? — заинтересовался Костик, во время путешествия он даже не подозревал, что в стране такие странные порядки.
— Она живет на женской половине, сам понимаешь, там ее присутствие требуется постоянно, — думая о чем-то своем, сообщил лекарь, — держать в руках три десятка девушек не так-то просто.
— Авронос, — новый вопрос родился в голове парня, — а что, все служители… не имеют семей?
— Ну как это можно! Имеют. И семьи и дома, и поместья. И зачастую там ночуют. Вот как сейчас. Господин Югнелиус сейчас отбыл во дворец императрицы, с ним отправился всего один советник и секретарь.
— И у тебя есть дом?
— Конечно. Но жены нет, она погибла во время перелета три года назад. Хотомар попал в ураган. А дети уже взрослые, я их отделил, — лекарь говорил о своих личных делах очень лаконично и сухо.
Значит не нужно больше расспрашивать, понял землянин, и торопливо перевел разговор на другое.
— А что мы будем делать?
— Я рад, что ты сам спросил, — понемногу оттаивал Авронос, — Сам понимаешь, господин устроит проверку… твоим способностям. И тебе придется постараться, чтобы он поверил в твой дар. А для этого нужно подготовиться.
— Говори что делать, я готов.
— Мне нравится твое отношение к делу. Я уже пустил по дворцу слух о чудесном исцелении твоей рабыни, да и сама она рассказала на кухне, что ты ее спас от смерти. Правда, ей не все поверили, но это даже хорошо. Мы успеем подготовиться, прежде чем пациенты начнут тебя осаждать.
— Авронос! — Испугался Костик, — но ведь мне не вылечить толпу! Пойми, главное в этом методе, чтоб пациент мне верил и сам очень хотел выздороветь! Ведь это не я вылечил Майку! Ее организм сам избавился от яда, я только помогал поверить, что чудо возможно!
— Еще раз повторюсь, мне очень повезло, что ты так разумно рассуждаешь. Идем, не будем тратить времени, я тоже кое-что умею. Не думаешь же ты, что стать личным лекарем наместника так просто?!
В свой кабинет Авронос, словно ненароком, провел Костика через второй этаж, где, как он предполагал, парню предстояло вскорости жить. Вот только пришелец не особенно впечатлился высокими потолками просторных комнат, коврами и вазами. Его душу скребли огромными когтями дикие сомнения. Живенько припомнились все русские сказки про Иванушку, с которого требовали всё больших чудес, а едва он ошибался, тащили рубить голову.
Рабочий кабинет Авроноса был много шикарнее, чем его апартаменты. Он располагался совершенно отдельно от остального здания, напоминая врезанную в дом башню из трех этажей. Первый занимала гостиная, где, как решил Костик, могли бы ожидать очереди пациенты. Из гостиной двери в две спаленки и лестница наверх.
На втором этаже, где находилось нечто вроде операционной, парня особенно впечатлил стол для раненых, со снежно-белой каменной столешницей более двух метров в длину. Еще была пара кабинок с высокими кушетками, вроде массажных, компактная мыльня с прозрачной бадьей из синеватого стекла, и явно зубоврачебное кресло.
Однако Авронос, не останавливаясь, провел Костика на третий этаж, как видно, самое любимое и заветное свое место. Это помещение, просто истекающее таинственностью, можно было назвать и складом, и лабораторией алхимика или травника, и даже мастерской рационализатора-самоучки.
Многочисленные полки, шкафы и стеллажи были заставлены просто невероятным количеством разнообразных сосудов, кувшинов, бочонков, банок, бутылей, шкатулок и туесков, горшков и колб. Непроницаемо темные и прозрачные, керамические, стеклянные, медные и серебряные, деревянные и соломенные емкости всевозможных форм и размеров, и все с этикетками и надписями. Под стеллажами стояли корзины с новенькими разноцветными флакончиками, а на столах различной высоты громоздились непонятные Костику приспособления, из которых он опознал только ступку да ручную мельницу.
По мере изучения этого кабинета у парня закралось подозрение, что в этом мире вообще не развита фармацевтическая промышленность, и он осторожно спросил об этом у Авроноса.
— Ну почему, есть у нас аптекари, которые разливают зелья сотнями флаконов и продают даже в соседние города, — пожал плечами лекарь, — но это снадобья для бедных. Не будет же господин наместник пить снадобье, приготовленное неизвестно где и незнамо кем. А если оно окажется негодным, или, упаси боги, ядовитым, с кого спрашивать?
— А у тебя есть помощники? — Костик не мог даже представить, сколько времени должен проводить за изготовлением лекарств его наставник, если господин и его семья не пользуются больше ничьими снадобьями.
— Если мне нужны ловкие руки, перетереть, или просеять травы, — я зову проверенных слуг, — снова нахмурился Авронос, — а иногда беру учеников. Но мне пока не очень везло. Самого сообразительного господин уступил своему другу… а того, что был последним — продали в рабы.
